?

Log in

В отчаянных поисках этой дурацкой несбыточной любви к себе мы проходим мимо великолепных вещей, которые вполне могли бы сбыться, в том числе и мимо настоящих чудес. Но нам не до них, мы слишком заняты поиском тех, кто нас оценит и полюбит... © Макс Фрай.

Каждый из нас независимо от того сознается он в этом себе и окружающим или нет, хочет любви. Частенько эта невероятная жажда определяет поступки, кардинально меняющие нашу жизнь, вот только стоит ли она того?

У героя маленькой книги французского писателя Акселя Сандра нет ничего — родителей, корней, биографии, у него нет даже имени, автор не считает нужным нам его сообщить. Вся его жизнь посвящена поискам любви, которой он, воспитываясь в приюте, был лишен. Будучи чрезвычайно умственно одаренным, сначала герой пробует найти себя в науке, но быстро разочаровавшись, опускается на дно жизни, проживая бессмысленные дни в компании себе подобных, попивая пиво и играя в шахматы.

Одним предложением в финале автор больно бьет под дых, заставляя несколько иначе взглянуть на всю рассказанную историю, которая до этого могла казаться может быть слишком простой, напоминать «Клуб неисправимых оптимистов» Генассии, или... массу других историй. Грустная, совершенно недетская история о своём месте в мире, о поиске и обретении... себя.

Случайная цитата: В мире столько же вкусов, сколько поцелуев, и если этот поцелуй, можно было бы сравнить с чем-то вкусным, это было бы пиво: во рту он был прохладным, но согревал тело, а когда он закончился, было ощущение небольшого опьянения.

P.S. А любовь нельзя купить, продать и даже заслужить. Она просто есть. Мне нестерпимо хочется в это верить.
На обложке книги «Скорбь Сатаны», выпущенной в 1991 году таллиннским издательством «Гарт» в качестве автора указан небезызвестный Брэм Стокер, который, однако же, не имеет никакого отношения к роману, хотя, надо отдать должное издательству, в выходных данных указан настоящий автор книги. Им является некая Мария Корелли, под этим псевдонимом в девятнадцатом веке трудилась очарованная Италией английская писательница Мэри Маккей. Её творчество не было высоко оценено критиками, однако пользовалось любовью публики, книги Маккей продавались большими тиражами, чем все произведения Киплинга, Конан Дойля и Уэллса, вместе взятые.

«Скорбь Сатаны» (второе название романа «Ад для Джеффри Темпеста») — самый известный роман Корелли. Но и он почти не переиздается и успел стать библиографической редкостью.

Сюжетом романа современного читателя уже не удивишь, но стоит сделать скидку на год выхода произведения — 1895, и быть несколько снисходительнее. Главный герой — бедный писатель, находящийся на грани голодной смерти, внезапно становится наследником большого состояния и обладателем таинственного влиятельного друга. Кто таков этот друг читателю понятно сразу — имя героя Лючио Риманец перекликается с именем Люцифер. Харизматичный падший ангел рьяно принимается искушать героя богатством, славой и женщинами, перед ним сложно устоять...

Мария Корелли создала идеальное пособие «как возненавидеть человечество и полюбить сатану». Ну ладно, может полюбить сказано громко, но проникнуться сочувствием точно. Наше насквозь порочное человечество представлено в книге настолько мерзко и низко, что на некоторое время становится удручающе грустно. Хороший образчик викторианского готического романа, до шедевра не дотягивает, но определенную пищу для размышлений дает. Кстати, в качестве единственного 100% положительного персонажа автор использует себя, и это настолько явно и настолько по-снобистски, что хочется воспроизвести известный жест, закрывающий лицо.

Случайная цитата: Скорби Сатаны! Скорби неизмеримые, как сама вечность. Вообразите их! Быть изгнанным с небес! Слышать сквозь бесконечные сферы отдаленные голоса ангелов, которых однажды он знал и любил! Блуждать среди пустынь темноты и тосковать о небесном свете, который раньше был воздухом и пищей для его существования, — и знать, что человеческая глупость, человеческая жестокость, человеческий эгоизм держат его таким образом в изгнании, отверженным от прощения и мира!
Театр. — Подумать только, что Бог, который видит все, обязан смотреть и это! © Жюль Ренар.

Любите ли Вы театр? Преклоняетесь ли перед мастерством актеров или думаете, что и сами могли бы не хуже? А может Вы хотели бы быть режиссером? Человеком, под чьими умелыми руками персонажи, еще недавно представляющие собой не более чем последовательность символов, обретают плоть, получают настоящий голос?

Луиджи Лунари — итальянский драматург, автор более тридцати пьес, в течение двадцати лет сотрудничал с Малым театром Милана (Piccolo Teatro di Milano), и, его театральный роман первоначально задумывался как ряд забавных воспоминаний того времени. Но вскоре на первое место вышла фигура руководителя и основателя этого театра, театрального режиссера Джорджо Стрелера. Лунари в свойственной ему манере создал ироничный портрет прославленного мастера, обнажающий его человеческие пороки и слабости...

Итак, главный режиссер миланского театра узнает неслыханную в своей дерзости новость — технический персонал ЕГО (!) театра решил организовать любительскую труппу и поставить спектакль на ЕГО (!) сцене. Но самое ужасное даже не это, а то, что эти недоумки выбрали поставить не что-нибудь, а брехтовского «Доброго человека из Сезуана», спектакль, который уже снискал успех в ЕГО (!) постановке.

Очень едкий, саркастичный роман, который, конечно, не мог понравиться Стрелеру, он даже подал на Лунари в суд, требуя за моральный ущерб сумму в 9 миллиардов (!) лир, но в 1997 году Стрелер умер, и дело закрыли. Потрясающий портрет Маэстро с его нескончаемым запасом ругательств не единственное, чем примечателен этот совсем небольшой роман, тут Вам и интересный разбор пьесы Брехта, и размышление в чем секрет успеха театральной постановки, и калейдоскоп человеческих характеров.

Случайная цитата: Мог бы конвертировать собственное либидо в изложение на бумаге своих режиссерских идей и разработок, или в постановки, где были бы заняты ученики школы-студии, заключенные в тюрьмах, пациенты психушек... Так нет же, он взялся за создание любительского театра в театре! Это в его духе! Замечательно!
О дебютном романе американской писательницы ямайского происхождения Николы Юн не слышал либо очень ленивый, либо очень далекий от мира книжных трендов человек. «Весь этот мир» везде — в покупках и обзорах книжных блогеров, на полках книжных магазинах, в руках симпатичной читающей девушки на остановке. Летом этого года по книге выходит фильм с Амандлой Стенберг в главной роли, известной по роли малышки Рут в «Голодных играх». Отрицательных отзывов почти нет — все в восторге, ахи, вздохи...

На деле мы имеем круто распиаренную штампованную пустышку, скроенную тяп-ляп из «обязательных» элементов современного молодежного романа — смертельно больная очень редкой болезнью ОНА, идеальный ОН, любовная любовь, невозможность быть вместе, лучший друг-гей и т.д. Конечно, целевая аудитория романа — подростки, а не взрослые двадцатидевятилетние тётки, но и в свои пятнадцать я бы такое не оценила. Сюжет прост и предсказуем, уже на середине можно с легкостью разгадать главную интригу произведения и увидеть финал. Главную мысль романа я и вовсе считаю опасной и вредной для неокрепших подростковых умов — любовь стоит всего. Героиня рискует жизнью, проще говоря, собирается почти наверняка умереть ради нескольких дней любви с первым встречным красавчиком-соседом. Серьезно? Пфф.

У меня все. А, да, если вы не читали «Цветы для Элджернона» и «Маленького принца», то лучше не берите в руки «Весь этот мир», героиня любезно сполейрит эти и еще ряд хороших книг (на другие книги спойлеры не такие жирные).

Случайная цитата: Мои бабочки буйствуют. Олли сжимает мою руку, и мои губы приоткрываются, наши языки соприкасаются. На вкус он как соленая карамель и солнечный свет. Или такой, какими солнце и карамель, по-моему, должны быть.

Метки:

Куда уходят волшебники? За небо, на ту сторону дождя. ©

Добро пожаловать в Англию девятнадцатого века, мир, откуда ушли настоящие волшебники, а оставшиеся предпочитают изучать магию в теории, читая о ней в книгах да разглагольствуя на ученых собраниях. Довольно безрадостно, вроде и волшебников много, а сотворить даже простенькое колдунство никто из них не в силах. Так кто же они, те, кому суждено вернуть в Англию волшебство?

Знакомьтесь, первый волшебник, занудный педант — мистер Гильберт Норрелл, прочитавший тысячи книг и решивший, что магия нужна не только, чтобы про нее читать, но и чтобы с её помощью тешить своё тщеславие. Второй, обаятельный Джонатан Стрендж, вечно ищущий и внезапно нашедший себя в магии джентльмен, у которого как-то вжух и все получается само собой (хотя, справедливости ради надо заметить, кое-что он все-таки читал). А ведь есть еще и третий, но не стоит спешить, всему своё время. Не ждите захватывающих дух поединков, поражения врагов одним лишь взмахом волшебной палочки (даром, что треть книги отводится под военные действия), да и вообще оставьте палочки, жезлы и прочие магические артефакты профанам, настоящие волшебники в этом не нуждаются.

Сюзанна Кларк создала удивительную альтернативную Англию, многих персонажей которой можно встретить на страницах учебников истории, а некоторые события реально имели место быть, под завязку наполненную магией и истинно британским колоритом. Увлекательное, умное и совершенно нетипичное фэнтези, где, тем не менее, есть эльфы, фэйри и зачарованные девицы. Огромный талмуд почти в 900 страниц, восхитительно стилизованный под романы девятнадцатого века, который вполне мог бы выйти из под пера Джейн Остин, вздумай она писать о магии. Блестящий английский юмор, многим он, впрочем, может показаться скучным, как и многостраничные опусы о войне, тоже, кстати, щедро сдобренные отборным юмором. Шикарные, живые персонажи, в которых безоговорочно влюбляешься и не хочешь отпускать, ведь что такое 900 страниц для истиной любви?

Случайная цитата: Мистер Норрелл был очень польщен. Лорд Ливерпуль относился к тому сорту гостей, которых он любил, — то есть восхищался библиотекой, но не выказывал желания взять с полки книгу и почитать.
«Сердце в кулак,
Нервы в узду.
План выполняй и не ахай.
Выполнишь план, посылай всех в п***у,
Не выполнишь, сам иди на х*й» ©


Ну что, здравствуйте, Владимир Георгиевич, и, спасибо, что накормили отборнейшей... нормой.

Первый прочитанный роман одного из самых эпатажных российских писателей Владимира Сорокина, оказался и первым его большим романом (написанная в этом же, 1983 году «Очередь» на звание романа претендует весьма условно, хотя автором отзыва она еще не прочитана, и, данное утверждение основано на мнении других рецензентов). Состоящая из восьми, казалось бы, совершенно не связанных между собой частей, «Норма», по сути, представляет собой потрясающе выверенный антикоммунистический памфлет, в котором Сорокин мастерски расправляется со всеми идеалами, лозунгами и прочими основами счастливой жизни в Советском Социалистическом.

«Норму» можно ненавидеть, но от твоей ненависти она никуда не денется. Все новые и новые читатели будут открывать книгу, зажимать нос, давиться, но есть.

Шедевр? Возможно. Дело в том, что до самой последней страницы не получается составить общего мнения о «Норме», ведь в процессе чтения мнение меняется — какая-то часть вызывает отвращение, какая-то страх, при чтении следующей ты уже ловишь себя на мысли, что не можешь удержаться от желания рукоплескать автору, где-то тебя душит смех, а где-то из глаз брызжут кровавые слезы.

«Норму» можно понять, а вот полюбить уже сложнее. И пусть к концу к ней привыкаешь и уже совсем не замечаешь запаха, вряд ли ты захочешь тут же попросить добавки.

Никому никогда не решусь рекомендовать «Норму», но, если вы все-таки решитесь, помните — «Норма» у каждого своя.

Случайная цитата: И я писать на вас буду напишу во все газеты чтоб общественность поняла что людей грабят среди бела дня издеваются над ними и срут им в душу. Я себе в душу срать не позволю я вам не пацан сопливый. Я войну прошёл а вы тут жопу просиживали чаи гоняли а я там кровь лил за вас а теперь мне значит — побоку! Нет, дорогой не на того напали я вам гадить не позволю я управу найду. Чтоб над фронтовиком издеваться я народ растревожу в цека напишу на вас чтоб вас просветили.

P.S. Нормальный автор. Нормальная книга. Нормальные мысли.
Плохая девчонка, трудный подросток — определения, которыми часто награждают девочек-подростков, которые грубят старшим, врут, ругаются матом, курят, пьют пиво, или же слишком рано заводят детей. Очень редко общество задумывается, а действительно ли они так плохи? И кто сделал их такими, кто в этом виноват?

Пятнадцатилетняя Котрина живёт в Вильнюсе, её непутевые родители после развода кое-как поделили дочку (чтобы никому не платить алименты) — часть времени в году она живет с папой, часть с мамой. Папаша Котрины женился на своей секретарше, и та, наконец, родила ему полноценного ребенка — сына. Мама девочки художница, частенько запирающаяся в своей мастерской для создания очередного шедевра. Ну, вы поняли, да? Девочка никому не нужна. Мало того Котрина не любит себя — она худая, не сексапильная, и заикается при волнении! Как тут не озлобишься, не уйдешь в себя и не начнешь курить и пить, чтобы почувствовать себя хоть сколько-то крутой? Мало того, родственники и друзья так достали девчонку, что она решила свалить и обдумывает уже некоторый преступный план...

Как видно из названия, книга написана в форме дневника, где нет ни капли фальши, с личным дневником можно быть честной. Котрина доверяет бумаге все самые сокровенные мысли, мечты, сны. И какие бы ярлыки на нее не навешивали, как бы она сама не старалась быть той самой «bad girl», мы-то видим, насколько она хорошая, мечтательная и сильная. Отличная история взросления, набивания шишек и познания этого мира, себя и окружающих. Этот мир жесток и несправедлив, но в нем есть хорошие люди, и даже «плохие девчонки» однажды могут пожертвовать собой ради других.

Случайная цитата: Почему человек так беспросветно одинок? Вот мы завязываемся в животе у мамы, и иногда я думаю, что лучше бы мне там было и оставаться. Жизнь — не такой уж подарок!
Совсем недавно, благодаря интернет-магазину «Лабиринт», у меня появилась возможность приобретать и читать прекрасный журнал «Иностранная литература» не по подписке. И сегодня хочется поделиться моими впечатлениями о романе, опубликованном во втором номере за 2016 год. Это недавно переведенный на русский язык роман 1977 года мексиканского писателя Хорхе Ибаргуэнгойтиа, трагически погибшего в авиакатастрофе 27 ноября 1983 года — «Мёртвые девушки». Роман основан на реальных событиях и больше напоминает не художественный роман, а журналистское расследование, и не удивительно, автор писал статьи для газеты «Эксельсиор» и журнала «Вуэльта».

Роман повествует о профессиональной деятельности двух сестер — содержательниц публичных домов. Прототипами книжных сестер Баладро были сестры Гонсалес Валенсуэла по прозвищу «Лас Покиа́нчис» (кому интересно, можете нагуглить статью о сестрах, с фотографиями). События романа разворачиваются в 1960-х годах в нескольких мексиканских городках. История изобилует латиноамериканским колоритом — пропитана запахами мексиканской кухни и звуками национальных мелодий. Не все было гладко в притонах сестер Баладро — девушки умирали. Умирали по разным причинам, кто-то залеченный дикими народными методами лечения, кто-то в ходе драки, а кто-то был убит. Причем, прочитав статью о сестрах Гонсалес Валенсуэла, понимаешь, что автор романа показал нам далеко не всю ту жуть, которая процветала в подобных заведениях.

Ибаргуэнгойтиа рассказывает эту, казалось бы, невеселую историю в духе национального праздника «День мертвых» — повсюду размалеванные черепа, но никто не грустит. В романе очень много черного юмора, такого же, как кожа проститутки-негритянки по имени Бланка (что означает «Белая»). Автор играет стилями — то это отстраненный полицейский доклад, то напевная латиноамериканская новелла.

Первый опыт чтения журнала «Иностранная литература» считаю успешным, от прочтения переплет не распадается, текстура обложки приятна на ощупь, а небольшие по объему романы и повести, действительно, хороши для знакомства с автором, в частности, и литературой определенной страны, в целом.

Случайная цитата: И тогда я поняла, что любовь, которая только что казалась вечной, закончилась.

P.S. На русский язык также переведены романы Хорхе Ибаргуэнгойтиа — «Августовские молнии» и «Убейте льва».
Ложь и правда. Правда и ложь. Два пограничных понятия, невозможных одно без другого. Почему люди лгут? Возможно ли такое понятие как «безобидная ложь»? И может ли быть ложь ради правды? Британская писательница Фрэнсис Хардинг создала свою версию известного библейского сюжета о дереве познания добра и зла, сделала из него захватывающую детективно-фэнтезийную историю и поместила её в атмосферу викторианской Англии.

Главной героине Фейт Сандерли — четырнадцать лет. Вместе со своей семьей она переезжает из Лондона на отдаленный остров Вейн. Отец Фейт — священник и уважаемый ученый-естествоиспытатель, вместе с семьей на остров он перевозит свои ботанические образцы, среди которых загадочное дерево лжи. Спустя некоторое время пребывания на острове, преподобный Сандерли погибает при таинственных обстоятельствах. Фейт уверена, что отца убили и убийство связано с деревом лжи. Девочка решает, во что бы то ни стало найти убийц отца. А поможет ей в этом то самое дерево...

Потрясающая история о науке конца девятнадцатого века, о месте женщины в ученом сообществе того времени, об обычаях и традициях викторианской Англии, о человеческих отношениях, о правде и лжи, и о возможности их применения. История, в которой прекрасно все — идея и атмосфера, герои и динамика. Книга позиционируется как подростковая, рекомендуемый возраст от 12-ти лет, но это тот самый случай, когда и взрослый ни разу не заскучает при чтении. История создана для лихорадочного чтения, забыв про сон и отдых. Единственный минус книги — как ни крути, она заканчивается.

Случайная цитата: Фейт обнаружила, что ложь — как пожар. Сначала ее надо беречь и подпитывать, бережно и мягко. Легкий порыв ветра раздует слабые языки пламени, но сильный может их погасить. Некоторые сплетни укореняются, с треском распространяясь по округе. Такие уже не нуждаются в подкормке, это уже больше не твоя ложь. У нее свое обличье и своя жизнь, не поддающаяся контролю.

«Ноль К» Дона Делилло

Сколько всего ненужного, наносного окружает нас ежедневно. Мы как утопающие за спасательный круг держимся за свои смартфоны, утрата их кажется нам катастрофой, нас выводит из себя тормозящий интернет, неполадки на базовой станции мобильной сети кажутся нам сродни стихийному бедствию. А так ли это на самом деле важно? И будет ли это волновать нас через пятьдесят лет? А через тысячу? Не смешно, скажите Вы, мы не доживем до этого срока, что там кого будет волновать — не наше дело. А что если...

Неизлечимо больные люди получат возможность (конечно, за большие деньги), пройти процедуру криозаморозки и погрузиться в состояние между жизнью и смертью на неопределенный срок. А после возродиться в «о, дивном новом мире», победившем болезни и утершим нос самой госпоже смерти. Родственники и любимые люди этих счастливчиков тоже смогут не оставаться в стороне, а уйти вслед за ними из нашего прогнившего мира вперед к светлому будущему.

Роман «Ноль К» — это как добровольное заточение в одиночной камере своего мозга. Наедине с мыслями, вливаемыми в тебя автором. Чего стоит наша жизнь? Нужна тебе вечная жизнь? Какой будет жизнь после нас? Жизнь в другом мире, отделенном от нашего многими столетиями, а может и тысячелетиями? Чего мы боимся? Войны, голода, ограбления, расставания с любимым человеком, безработицы, смерти? Утраты связи с миром? Мирового заговора? От чего хотим убежать? Ответьте на этот вопрос сами.

Несмотря на небольшой объем, книгу не получится прочесть быстро. Она требует неспешного, медитативного чтения, погружения, путешествия в себя.

Случайная цитата: Я вдыхаю мелкую изморось воспоминаний и осознаю самого себя. Что раньше было непонятным, теперь, очевидно, отфильтровано временем — мой уникальный опыт, недоступный другим, даже частично, никому, никогда.

Метки:

А Вы помните свою первую работу? Какой она была? Во сколько лет случилась? Я устроилась на первую настоящую работу только после окончания института, а Маша Молочникова — героиня книги Юлии Кузнецовой работает уже в пятнадцать лет, еще учась в школе.

Почти всегда, когда слышишь о том, что ребенок в четырнадцать-пятнадцать работает, в голову в первую очередь приходит, что работать он вынужден из-за каких-то трудных жизненных ситуаций. Часто это, к сожалению, верно, но не в Машином случае. Обстоятельства Машиной жизни сложно назвать легкими, но и совсем тяжелыми они не являются — так живут сотни тысяч российских семей. Папа — диспетчер в такси, мама — продавец в магазине, тётя — мать-одиночка и мерчендайзер. Работать Машу заставляет не нужда, а мечта. Едва услышав от учительницы испанского, что их группа имеет возможность пройти курсы на море, в самой Испании, Маша понимает, что обязана быть на этих курсах, ведь она учит испанский со второго класса, у нее талант к языкам, помимо испанского Маша отлично знает английский. Вот только лишних денег на Испанию у семьи нет, но Маше выпадает шанс их заработать — шестилетней дочери одной богатенькой дамы срочно нужен преподаватель испанского, чтобы ребенок, живя летом на вилле в Испании смог общаться с местным населением.

Легкая, увлекательная книга на непростую тему. В первую очередь, книга не о работе, вернее не только о работе. Она об умении слушать и понимать других людей. Самых разных — родителей, тётю, учителей в школе, вредную маленькую ученицу, её грубоватую няню, одноклассника-ботана. Эта история о том, как порой нелегко идти к своей цели, ведь все мы знаем, как подленько звучит голос подсознания, призывающий все бросить после первой неудачи. Книга о нелегком труде учителей, о том, как это трудно заинтересовать того, кто совсем не хочет учиться. Интересно наблюдать, как меняется отношение Маши к школьным учителям после того, как она и сама становится преподавателем. А еще, конечно, эта повесть о вечных ценностях — самопожертвовании, дружбе, семейной поддержке и любви.

Случайная цитата: Они были красивые, как мечты. Вот говорят: надо стараться, верить в себя, не опускать руки, двигаться к цели — и все получится. Если падаешь, вставай и двигай дальше. Но выходило, что Ромка упал уже где-то на старте и подняться не мог. Вера в себя ему не помогла. И что делать?
Что происходит с нами, когда мы вырастаем? Почему мы напрочь забываем серьезность первой любви? Горечь первого предательства, сердечную боль и уходящую из-под ног землю? Почему, став родителями только посмеиваемся над первой любовью детей и говорим, что все это несерьезно? Всем, кто забыл, какой бывает первая любовь, рекомендую прочесть книгу венгерского автора Кристиана Гречо «Его первая любовь».

На самом деле, нашему вниманию предлагается только первая глава из большого романа «Иду за тобой», глава, рассказывающая о любви главного героя к соседской девочке Лили. Любовь настигает Журку (так зовут главного героя, возможно, это прозвище, но настоящего имени мы не узнаем) еще в детском саду, именно тут он впервые узнает силу женского кокетства и дух соперничества. Основные события книги происходят, когда главным героям по 12-13 лет. История взросления, полового созревания и связанных с этим неизбежных проблем.

Крошечный кусочек жизни, казалось бы, совсем незначительный, вся история уместилась в 72 страницы, но каждая страница жизни формирует нас как человека и незначительных эпизодов быть не может. Трогательная история, действие происходит в венгерской деревне, в 80-е годы, что добавляет определенного колорита. Хотелось бы когда-нибудь увидеть полный текст романа, изданный на русском, вдруг какое-нибудь взрослое издательство возьмется за перевод, и мы узнаем полную историю Журки, увидим, нашел ли он свою взрослую любовь, как отразилась на его дальнейших отношениях с девушками история его первой любви?

Случайная цитата: Лили не успокоилась даже к следующей переменке. Сердито пыхтя, «ненавижу!» — говорит тихо. На Журку не смотрит ни на минуту. У парня от волнения дергается нерв в колене. Когда они на велосипедах выкатывают из продленки, небо словно покрыто слоем лака, играючи светит весеннее солнце, и Лили говорит несколько раз, что ей некогда.
Людмила Евгеньевна Улицкая — имя в современной русской литературе громкое и заслуженное. Автор шести больших романов и множества рассказов, обладатель «Русского Букера», дважды «Большой книги» и номинации на престижного международного Букера. Её любят и ненавидят, обвиняют в графомании и превозносят до небес, её книги переведены не менее чем на 25 языков, по ним ставят спектакли и снимают фильмы. «Казус Кукоцкого», пожалуй, самый известный из романов Людмилы Улицкой, семейная сага, удостоенная премии «Русский Букер» и экранизированная Юрием Грымовым.

В центре сюжета Павел Алексеевич Кукоцкий — гениальный врач, гинеколог, наделенный уникальным даром, «внутривидением», помогающим ему в работе. Однажды в небольшом сибирском городке Кукоцкий спасает от смерти красавицу Елену, и с тех пор Елена, её дочь Таня и малограмотная нянька Василиса, становятся его семьей. Кукоцкие — семья интеллигентная, правильная, на первый взгляд идеальная. Но только что происходит за закрытой дверью души каждого члена семьи? Какие монстры жрут каждого изнутри? Какие ангелы стоят за их спинами? Что происходит в спальне супругов Кукоцких? Какой вырастет их дочка?

На эти и другие вопросы Людмила Евгеньевна ответит обстоятельно и подробно. Структурно роман поделен на четыре части, одна из которых явно выделяется, выпирает и представляет собой стостраничный сон жены Кукоцкого, Елены. Сон этот перемещает почти всех героев романа в некоторый «срединный» мир, мир между жизнью и смертью, раскрывая личность каждого героя с новой стороны. Зачем была введена эта часть? Почему она помещена почти в самое начало романа, в то время как многие герои, появляющиеся в этом сне, в реальном мире еще не встретились читателю? Странная, мрачная, почти бесконечная как сама пустыня, по которой бредут герои, часть. Ярко выражены в ней библейские мотивы, громко звучат мысли о реинкарнации. Все упомянутые во сне герои узнаются лишь в конце романа, а смысл сна прекрасно отражает эпиграф: «Истина лежит на стороне смерти» © Симона Вайль.

Трагичный, глубокий и очень серьезный роман. Проза Улицкой крепка как камень, её голос пожилой женщины звучит уверенно и твердо. Зря говорят, что Людмила Евгеньевна не любит своих героев, они не любят себя сами. Каждому из нас дана возможность изменить свою судьбу, вопрос только в том стоит ли её менять?

Случайная цитата: Совместная двадцатилетняя жизнь, в которой один помнит одно, другой — другое... В какой же мере она была совместной, если воспоминания об одном и том же так различаются?
Развод родителей — всегда тяжелейшее испытание для ребёнка, но в каждом разводе существует два сценария поведения уходящего супруга (будь то мама или папа, не важно) — первый, полноценное участие в жизни и воспитании ребёнка — встречи, общение, поздравления на праздники, деньги, в конце концов, и, второй — уйти, сделав вид, что никакого ребёнка не существовало. Отец Дэна Хоупа выбрал второй.

Перед нами трогательная история одиннадцатилетнего паренька Дэниэля, который больше всего на свете любит своего папу. Папу, бросившего семью с двумя детьми четыре года назад ради грудастой официантки из закусочной неподалеку. Папу, за четыре года ни разу не подавшего о себе ни малейшего знака. Папу, не уехавшего в Гонолулу, а живущего в этом же городке, в двадцати минутах ходьбы от бывшего дома. Но Дэн свято верит, что папа все равно остается его отцом. Верит и надеется, что однажды папа вернется и все будет как раньше.

Если Вы могли подумать, что Дэн только и делает что скучает по отцу и мотает на кулак сопли, то это совсем не так. Во-первых, он разрабатывает операцию «Баскервиль» по возвращению отца в семью, во-вторых, ходит в школу, где у его класса полным ходом идет подготовка к экологическому проекту, дружит с чудаковатой Джо и отбивает словесные атаки своей сестры Ниндзя-Грейс. В книге присутствует юмор, он немного сортирный, но, позвольте Вам напомнить, повествование ведется от лица современного (!) американского мальчишки, так что глупо ждать от него тонкого британского юмора или великосветских речей.

По-детски наивная, светлая история, в духе рождественских комедий, где всегда есть место и юмору, и грусти.

P.S. Папы, будьте папами — берегите своих детей (мам это тоже касается).

Случайная цитата: — Папа любил тебя раньше и любит до сих пор. По-своему.
Ага, по-своему. Эти слова все испортили. Мне не нравится, что мама добавила их в самом конце. Они намекают на то, что папа любит меня не так, как обычные отцы. И вот что: папин способ мне совсем не нравится. Я хочу, чтобы он меня любил по-нормальному.

Метки:

«t» Виктора Пелевина

Над головой голубое небо, без единого облачка и кажется, что стоит только посильнее разбежаться, подпрыгнуть и... стать каплей в этом бескрайнем небесном океане наряду с миллиардами себе подобных... Стоп. О чем это я? А, да это ж все Виктор Олегович виноват, вечно он какие-то метафизические мысли в мою голову вкладывает.

Итак, представьте, что Вам вдруг сообщают, что Вы вовсе не живой человек со своей свободной волей, а персонаж книги, которую пишет группа авторов и все Ваши мысли и поступки обусловлены лишь их желанием. Жутковато, не правда ли? Главный персонаж романа Пелевина — граф Т. тоже не слишком-то обрадовался. Но не в его правилах сдаваться — еще посмотрим, кто здесь кого пишет.

Пелевин абсолютно в своем стиле издевается над читателями, продуцируя осмысленный бред и некую издевку над светочами русской литературы — Толстым, Достоевским и слегка Горьким. Федор Михайлович мочит живых мертвецов, пьет водку, закусывая колбасой, а граф Т. (нам активно намекают на схожесть этого персонажа со Львом Николаевичем) летает как белка-летяга на полах рясы (не спрашивайте даже откуда она), уклоняется от пуль и является мастером метания ножей.

У Пелевина в очередной раз получилось мастерски всех обмануть и заставить чесать голову — кто есть автор, персонаж и читатель? И кто есть я?

А да, еще там есть говорящая лошадь, поэтому если Вы не любитель постмодерна — лучше не надо.

Случайная цитата: А жизнь ведь и правда подобие текста, который мы непрерывно создаем, пока дышим. Как это Ариэль говорил, машина Тьюринга? Нам кажется, мы что-то делаем, решаем, говорим, а на деле просто каретка бежит над бумагой, считывает один значок и печатает другой. Это и есть человек...
О блокаде Ленинграда можно говорить бесконечно много и все равно будет мало. Как бы, живущие не старались, нам не понять, что чувствовали ленинградцы, умирающие от холода и голода, везущие на санках умерших родственников и соседей, выстаивающие километровые очереди на лютом морозе за краюхой пайкового хлеба. Нам не понять. Но мы можем помнить. И передавать эту память детям.

«Хлеб той зимы» Эллы Фоняковой это рассказ о первом блокадном годе глазами первоклашки Ленки Комаровской. В этой повести есть вымышленные имена и ситуации, но нет вымышленных событий. Элла Ефремовна рассказывает о своем блокадном детстве, простым, понятным ребенку языком. Рассказывает о жизни, а не о героическом подвиге. Хотя, по отношению к ленинградцам понятия «подвиг» и «жизнь» неотделимы. Книга несмотря на такую страшную и грустную тему полна надежды, любви, света и взаимовыручки.

Повесть идеальна для первого знакомства ребенка с одним из самых страшных периодов нашей истории. Сейчас, когда уже осталось слишком мало живых свидетелей войны и блокады, нам остаются только книги. Читайте, не бойтесь грусти, давайте почитать детям, ведь только так мы сможем сохранить их истории, пронести через года их жизни.

Случайная цитата: — Ленинградцы, милые жильцы мои, — тихо говорил он. — Мы с вами такую зиму пережили, расскажем детям потом — не поверят... Сами страшно выглядим, а город наш — еще страшнее. Он вместе с нами страдал, всё выстрадал, всё видел, всё перенёс.

«Голос» Дарьи Доцук

Страх достаточно естественное состояние для человека — мы постоянно чего-то боимся, причем не только каких-то глобальных вещей будь то смерть, болезнь или катастрофа, но и совершенно бытовых мелочей — ответа на экзамене, разговора с начальником, первого дня на работе, да мало ли чего еще. Саша, героиня повести Дарьи Доцук не подозревала, что страх может стать её постоянным спутником, подстерегать на каждом шагу, набрасываться и душить, сжимать сердце ледяной ладонью и не давать нормально жить...

До школы Саше всего четыре минуты на метро. Казалось бы, что может произойти за эти четыре минуты? Но именно они навсегда меняют жизнь девочки на до и после. До взрыва и после. Теперь Сашу постоянно преследует страх, и не просто страх, а паника. Липкая, мерзкая паника, сопровождающаяся приступами рвоты. Обычные врачи — бессильны. Панические атаки — это психическое расстройство. Мама как может старается помочь Саше. Папа презрительно кривит рот — болезнь, которую не может зафиксировать никакой прибор, не болезнь. Таблетки, прописанные психотерапевтом, немного снижают симптомы, вот только смогут ли они изгнать страх? Пытаясь убежать от страшного дня, Саша летит в Калининград, в гости к бабушке.

«Голос» — совсем не большая повесть, двухсот страниц не будет. Но сколько же в ней вопросов и тем! Во-первых, это настоящая энциклопедия страхов, каждый герой чего-то боится — панические атаки Саши сопровождаются страхом, что кто-то увидит её страх, мама боится за её здоровье, папа боится, что дочь из перспективной отличницы превращается в слабую истеричку, бабушка Надя боится старости, не хочет выглядеть слабой и больной, новые друзья Саши по книжному клубу (книжные черви ликуйте, там есть книжки!) боятся разного — кто показаться смешным, кто маленьким, кто глупым, а великан Глеб боится публичного выступления на сцене. Во-вторых, здесь много и интересно рассказывается об истории Калининграда и Восточной Пруссии — тут и легенды, и Холокост, и штурм Калининграда советскими войсками, и послевоенное устройство жизни на новой земле. В-третьих, это занимательные заседания Книжного Клуба, вдохновляющие на прочтение списка рассказов, прочитанных ребятами.

И все же, можно ли вылечить страх? Чем его лечат? Таблетками, стационаром, покоем, бегством от раздражителей? Нет. Самое главное лекарство от страха, да и от многих жизненных проблем — это голос. Просто начните говорить. Перестаньте прятать страх в закоулки души, выпустите его волю. Позвольте ему уйти.

Случайная цитата: Этот мир мне не нравился. От него хотелось увернуться, как от летящего в голову булыжника. Как остальные живут? Как смотрят на все это и умудряются не обжечь глаза? Я не могла говорить об этом с родителями или Бычковым. Они бы не поняли. Они снова назвали бы меня ранимой и впечатлительной и дали бы новую пачку таблеток. Наверное, я всегда была ненормальной. И дальше будет только хуже.
Есть темы, о которых не принято говорить. Тем более, в детской литературе. Одна из них — тюрьма. Вот только спасет ли этот принцип замалчивания подростка от ситуации, когда близкий и любимый человек оказывается за решеткой? Юлия Кузнецова в своей книге «Где папа?» решилась на откровенный разговор.

Лиза — обычный подросток. Замкнутый, угловатый, стесняющийся своей полноты и недовольный собственной внешностью. У нее нет друзей, в школе её прозвали Немая, а компания местных хулиганов то и дело норовит над ней подшутить. У старшей сестры свои заботы, она живет отдельно со свои парнем. И только любимый папа полностью поддерживает, для девочки он всё — и друг, и учитель, и отец, и просто самый лучший на свете человек. Немного непутевый, добрый, веселый, без него и жизни представить нельзя... И вдруг папа не возвращается домой. Его забрали в тюрьму. Как дальше жить? За что держаться?

Оказавшись без того самого прутика, на котором держится мир, каждый человек делает выбор — или поддаться глубокому потрясению и ронять слезы в подушку, или найти в себе силы держаться, отыскать смысл жить дальше. Это и взрослому, много повидавшему человеку, тяжело, а каково это забитому ребенку? Первая часть книги заставляет задыхаться от несправедливости, сжимать кулаки в бессильной ярости и давиться слезами. Это жестоко, это страшно, это жизнь. Вместе с героиней читатель делает первые, поначалу робкие шаги к возвращению смысла жизни и социализации. Вторая часть книги и финал возможно чересчур сказочные, но как сказал один непутевый детский писатель и по совместительству папа героини — «детские книги должны заканчиваться хорошо. Добро должно побеждать зло. Потому что в детстве нужно сделать прививку доброты. Сработает, не сработает эта прививка — никто не знает. Но ее надо сделать».

Очень нужная книга о возможности найти выход из любой ситуации. О взаимопомощи, поддержке и вере в людей.

Случайная цитата: Вот забавно — мир может рухнуть, треснуть, а родители будут, прежде всего, волноваться за тебя, всё ли в порядке лично у тебя. Подумаешь, треснул мир, но ты-то, ты, суп до конца доела? А подштанники надела?
сто двадцать пять блокадных грамм
с огнем и кровью пополам. (с) О. Ф. Берггольц


27 января 1944 года советские войска полностью сняли блокаду Ленинграда, длившуюся 872 дня - блокадное кольцо было прорвано 18 января 1943 года. Блокада Ленинграда одно из самых тяжелых испытаний, выпавших на долю советского народа в годы Великой Отечественной войны. О блокаде написано немало художественных произведений (об одном из них я вам еще расскажу в этом месяце), но наиболее ценные книги, настоящие документы эпохи - это воспоминания, дневники непосредственных участников событий, простых ленинградцев не понаслышке знающих цену блокадного хлеба...

"Сохрани мою печальную историю..." - блокадный дневник ленинградской школьницы Лены Мухиной. Первая запись сделана 22 мая 1941 года - над головой еще мирное небо, заканчиваются уроки, впереди лето, а в голове мысли о симпатичном однокласснике и жажда любви. Лене - шестнадцать, впереди вся жизнь, открытые дороги, неисчерпаемые возможности... А ровно через месяц после первой записи - война.

Эта книга не о геройстве, нет. Не о мужественном преодолении и силе характера. Она о том самом куске хлеба, за который все отдашь. Здесь нет ужасающих подробностей о трупах на улице, о героических смертях, нет никакой патетики, только будничный рассказ о том, что сегодня удалось съесть - героиня скрупулёзно, с точностью до грамма перечисляет все съестное, что удалось достать. И почему-то именно от этого, а не от сообщений о воздушных тревогах и артобстрелах, сжимается сердце. Жестко, местами цинично, хотя кто посмеет обвинять любого блокадника в циничности или черствости? Уж точно не мы, мечтающие похудеть, обжираясь на ночь.

Я не буду говорить о литературных достоинствах или недостатках текста. Это не книга, это дневник. Дневник, не причесанный редакторами, с детскими ошибками, часто с незаконченными предложениями. Дневник, писавшийся под вой воздушной тревоги и грохот зенитных орудий. Дневник, которому я не смогла поставить оценку, не мне его судить.

Случайная цитата: Сегодня в школе нам дали без карточек тарелку супа с капустой и стакан желе. Говорят, что каждый день будут давать. Пришла домой и выпила две чашки горячего кипятка с хлебом со сливочным маслом. Говорят, нам скоро прибавят хлеба. Правда, немного всего 25 грамм, да и то хорошо. Будем получать не 125 г, а 150 грамм.
Кофе, сигареты и городская магия.

Читать книгу Макса Фрая после довольно длительного перерывы все равно, что вернуться домой, надеть старый растянутый свитер, в котором тепло, уютно, а главное спо-кой-но. «Большая телега» не относиться к циклу про Ехо, но во всех многочисленных её героях, независимо от пола, неуловимо присутствует сэр Макс. Легенда создания этой книги гласит следующее — однажды, в 2008 году, автор этой книги перерисовал на кальку созвездие Большой Медведицы, наугад наложил рисунок на карту Европы и отметил на карте европейские города, с которыми совпали звезды. А потом автор объездил все отмеченные города и записал там истории, услышанные на улице. Красивая легенда. Историй получилось двадцать две и все они вроде бы очень похожи, но в то же время совершенно разные.

А Вы могли бы сыграть в игру с Судьбой? Прийти на вокзал и уехать на ближайшем поезде в неизвестные места? Все равно куда! В столицу небольшой европейской страны или захолустную деревушку, едва видимую на карте? Герои Фрая проделывают этот фокус влёгкую, они пьют кофе литрами, постоянно курят, верят в судьбу, путешествуют налегке, запросто влюбляются в ветер и позволяют городам рассказывать свои сказки...

Сборник до краев, наполненный жизнью, волшебством, дружескими разговорами, случайными встречами, ароматом странствий и невероятным запахом кофе и сигарет... Самый простой и бюджетный способ прокатиться по Европе — сесть в «Большую телегу», но будьте готовы к тому, что Вам, возможно, не захочется возвращаться.

Случайная цитата: Пока мы на всякий случай не выходим из дома без зубных щеток, потому что никогда не знаем заранее, куда нас занесет к вечеру, невозможно забыть, что в жизни всегда есть место и подвигу, и празднику, а кто об этом помнит, тот жив, чего ж нам еще.

Календарь

Март 2017
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 

Подписки

RSS Atom
Разработано LiveJournal.com